В статье рассматривается дихотомия «Восток-Запад» в прозе Луизы Асланян. Вопрос анализируется прежде всего в широком контексте армянской и мировой литературы. Отмечается, что данная дихотомия служит ключевым мотивом в творчестве писательницы; более того, уникальные обобщения, связанные с этим мотивом, выделяют её на общем фоне литературы армянской диаспоры, поскольку именно она наиболее глубоко разработала эту тему как во франко-армянской, так и в целом в диаспоральной армянской литературе. В отличие от других французско-армянских писателей своего поколения, Лас, переехавшая из Ирана во Францию в 1923 году, не изображает парижскую действительность и западную цивилизацию в конкретных, осязаемых образах; напротив, она склонна к абстрактному восприятию Запада, представляя его как колыбель механизации и корыстолюбия. Для противопоставления Востока и Запада она использует метафоры: Восток олицетворяет для нее душу, тогда как Запад-интеллект, превращающийся в бездушную машину; Запад символизирует индивидуальность, в то время как Восток подразумевает отрицание индивидуальности; Восток -это мир сказок и грез, а Запад - материалистическая реальность. Четверо главных героев единственного романа Ласа «Пути сомнений» сталкиваются с дилеммой выбора между Востоком и Западом. Один из них остается в Тавризе, где его мечты рушатся. Другой, получив образование в Париже, возвращается в Тавриз, но местная среда не дает возможности применить полученные знания на практике. Для Ласа решение этой дилеммы кроется в выборе двух героинь: одна остается в Париже и вступает в Коммунистическую партию, другая воплощает мечту и позицию самого автора, решив уехать в Советскую Армению - место, где, согласно видению Ласа, разрешаются противоречия между Востоком и Западом.

Ключевые словаВосток Запад дихотомия конфликт душа механизация сказка

В статье рассматриваются особенности конструирования образа армян в поэме азербайджанского поэта Сабира Рустамханлы «Возвращение в Карабах» «Qarabağa dönüş», опубликованной 24 декабря 2020 года. Цель исследования заключается в систематизации языковых, метафорических и сюжетных средств, посредством которых образ военного противника расширяется до дегуманизированного образа целой этнической группы и религиозного сообщества. В исследовании применяются методы пристального прочтения текста close reading, критического дискурс-анализа и анализа рецепции. Теоретическую основу исследования составляют разработанное психологом, профессором Ником Хасламом разграничение анималистической и механистической дегуманизации; концепция морального исключения социального психолога Сьюзан Опотов; концепция морального самоотстранения социального психолога Альберта Бандуры; а также подход лингвиста Теуна ван Дейка к идеологической поляризации посредством дихотомии «мы/они».Проведённый анализ показывает, что в поэме преобладают анимализация, демонизация, приписывание коллективной вины, использование лексики, наделяющей человеческое тело животными характеристиками и сводящей его к безличной массе, стирание голоса и индивидуальности противника, а также образная схема «загрязнение — очищение», применяемая к репрезентации пространства. Эти механизмы образуют структурное единство с сакрализированным и героизированным возвышением образа азербайджанского солдата. Отдельным результатом исследования является вывод о том, что большинство послевоенных азербайджанских литературоведческих и академических откликов не только не проблематизируют и не подвергают критическому осмыслению данный язык, но, напротив, воспроизводят его, используя неакадемические формулировки, такие как «армянская национальная болезнь», «армянский характер» и «существо, далёкое от человечества».

Ключевые словаСабир Рустамханлы Карабахский конфликт образ армян дегуманизация образ врага азербайджанская литература критический дискурс